Синдром «жертвы».

Состоялась последняя встреча в этом, пока еще, году. День, отягощенный непростыми чувствами и переживаниями. Собрались люди, объединенные общей темой, разные, с тягой познания, дарящие тепло, готовые отдавать, ничего не требуя взамен. Итак, все по порядку.

Сбор в 19.00.

— Как будем ставить столы для заседания? И сколько нас сегодня, коллега?

— Не знаю точно, шеф.

— Тогда буквой Т.

— Хорошая идея. А почему именно Т?

— Так всем будет удобно и достаточно свободно рассядутся 7 – 9 человек. Оптимально. Безопасно. Комфортно. Все в сборе. Начинаем. Коллеги, сегодня мы собрались для важного исследования и следственного эксперимента. У нас новая «жертва». Что нам известно? Это послушный, застенчивый «малыш», который старался не мешать папе с мамой.

— А как же детские «почемучки»? Его интересы и желания? Исследования малыша: сломанные игрушки, расписанные стены, рассыпанная крупа, пустая банка из-под варенья, съеденного Мурзиком, Тузиком или как его там, забыл?

— Вы что такое говорите, коллега! Наш малыш ничего подобного не делал, ни в чем таком замечен не был. Он заботился об удобстве своих родителей, одноклассников, учителей. Всех, Вы понимаете, всех, коллега, без исключения.

— Ничего не понимаю!

— Что тут не понятного, коллега?

— Так же может натолкнуться наш крошка на тиранов, энергетических вампиров, попасть в зависимость от манипуляторов. Ой-ой, тревожно, опасно что-то мне.

— Ну, скажите, коллега, на ночь глядя. Что Вы тут нас запугиваете страшилками? Давайте лучше, по существу. Нечего тень на плетень нагонять. Что оставила жертва перед исчезновением?

— Вот, только эту записку:

«У меня ничего не получается. Я очень старался. Всем помогал, никому не мешал. Но каждый раз одно и тоже. Меня все используют! Пользуются моей добротой и открытостью. Моей безотказностью. Мне так плохо. Все, я так больше не хочу! А я ведь в детстве мечтал быть спасателем; мечтал иметь собаку».

— М-да. Печально. Дело заходит в тупик. Но как я его понимаю, шеф.

— Не говорите глупости, коллега!

— Ну вот, Вы меня не любите шеф, не цените! «Малыш», как я тебя понимаю! Почему Вы меня обижаете, шеф? Вы хотите сказать, что я ни на что не годен? Вы меня увольняете?

— Так, коллега, возьмите себя в руки. Что с Вами случилось? Неужели это эпидемия?

— Какая эпидемия, шеф?

— Эпидемия внутренней незащищенности и страха перед будущим, коллега.

— Ничего не понимаю! И тон ваш, шеф, меня пугает, словно Вы мною не довольны. Я и так чувствую свою вину, что «малыш» исчез.

— Коллега, мне импонирует, что вы признаете себя виновным! Это ценное качество любого человека. Вы такой хороший и ценный специалист! У меня к Вам будет просьба, коллега.

— Слушаю, вас шеф!

— Пора нам повязать.

— Ничего не понимаю! Шеф, я не умею вязать.

— Я вас научу. Вы когда-нибудь помогали своей бабушке в детстве наматывать клубки шерсти?

— Не помню, шеф, но я готов.

— Что Вы наделали, коллега?!

— Я Вам намотал пять клубков шерсти, шеф.

— Коллега, Вы оставили меня этой зимой без моего свитера, который мне, кстати, вязала еще моя бабушка.

— Ой, а я и не заметил, шеф. Оно как-то само… Так, раз… Ну, Вы же сами попросили меня, шеф.

— Я не просил Вас, коллега, распускать мой любимый свитер. Итак, что показал эксперимент, коллега?

— Ничего не понимаю!

— Важно понимать, когда необходимо остановиться. А к утру Вам, коллега, свитер придется мне связать.

— Шеф, я не могу!

— Вы мне отказываете, коллега?

— Нет, но…

— Именно отказываете. Запишите в своем блокноте: «Я сегодня отказал шефу в его абсурдной просьбе. Следовательно, я могу говорить «Нет», при этом небо на землю не падает».

— Вы не сердитесь на меня, шеф?

— Сержусь немного, что так долго ждал от Вас, коллега, это самое «Нет». Если бы вы согласились, пришлось бы точно Вас уволить! Шутка.

— Я стараюсь, шеф! Я буду стараться еще лучше, я буду становиться с каждым днем все лучше и лучше.

— Стоп! Коллега, мы опять отклонились от курса. Вы родились с чувством вины?

— Конечно нет, шеф!

— Уже хорошо! Если с этим не рождаются, следовательно, данное чувство приобретается. Его истоки, как раз, следует искать в детстве и подростковом периоде. Что там у «малыша» с детскими воспоминаниями?

— Шеф, в деле написано только, что его упрекали за любые ошибки и делали замечания по самому незначительному поводу. Когда же «малыш» выполнял что-то на отлично или хорошо, его не хвалили и не замечали.

— Так-так… Привычка испытывать негативные эмоции и низкая самооценка обеспечены. Мне все ясно.

— Что, шеф? Я ничего не понимаю!

— Записка. Начинается с жалости к себе. Затем, обвинения других в своих неудачах, т.е. внешний локус-контроль. Но, так же есть и признание проблемы, — это первый шаг. Энергия менять ситуацию, -это два. Вспомнить свои желания, — это три. Начать действовать. Найти дело по душе, что дает позитив, радость. Научиться уважать себя через свои маленькие победы, полюбить себя. Все это важно. Что там с его детскими желаниями?

— Хотел быть спасателем, шеф, еще что-то про собаку…

— Отлично! Надо искать в центрах обучения по работе со специально обученными собаками-спасателями. Только учтите, коллеги, что скорее всего «малыш» наш значительно повзрослел, если смог осознать, принять ситуацию и начать действовать. Взял ответственность за свою жизнь. В таком случае, стоит ли искать «жертву»? Думаю, это уже бессмысленно. Ее больше нет. Предлагаю закругляться, поздно уже. Дело считаю закрытым. Спасибо всем за хорошую работу!

— Я понял, шеф! Мне важно в оценке поведения окружающих, больше руководствоваться логикой, а не сиюминутными эмоциями. Пробуждение, принятие, ответственность, работа с ограничивающими мыслями, самоценность.

— Ну как-то так, коллега.

P.S. Спасибо всем, кто был в этот вечер! Спасибо за вашу активность и смелость, — встретиться с собой, рассказать свои истории. Без вас ничего не произошло бы.

Елена КУЛИКОВА, психолог Добровольческого движения Даниловцы