Газета «Мой района» опубликовала новый материал о волонтерах Добровольческого движения Даниловцы


Рост Данилы – меньше метра. Поэтому я сажусь рядом с ним на корточки и высоко поднимаю шишку. Разжимаю пальцы, шишка падает на асфальт. Данила внимательно следит за ней глазами. Снова поднимаю, отпускаю, шишка с шорохом катится в сторону. Данила смотрит.

Прошлогодние листья ему не интересны, шишка лучше, а больше под руками ничего нет. И мы продолжаем стоять (а я — сидеть) посередине дорожки Даниного интерната.

Он бы так и провел всю прогулку, вдали от остальных детей и с шишкой. Я, кстати, тоже. Кажется, мы нашли друг друга — два небольших интроверта. Но нас зовут…

Волонтеры «Даниловцев» попали в малышовое отделение детского дома-интерната №24 не сразу. Сначала они несколько лет посещали старшие группы. И однажды руководство ДДИ предложило волонтерам гулять и с младшими. Детей много, воспитателей мало. Выйти на улицу, покидаться снегом или подышать первым весенним ветерком может один-два ребенка из группы. Остальные — завтра. Или послезавтра.

Но в эту субботу гуляет вся шестая группа — четыре человека 2-4 лет, потому что пришли мы с девочками. Четыре малыша – это четыре не желающих стоять ровно организма, четыре комбинезончика, восемь ботиночек, шапки, стой, дай натяну! Притопни! Это твои? Где же эта пуговица… А второй ботинок был? Не туго? Ну пошли…

Марианна Бушуева - координатор группы волонтеров
Марианна Бушуева — координатор группы волонтеров

Одеть надо стремительно – и им жарко, и нам. Теперь вниз со второго этажа. Идут дети не совсем уверенно, и два пролета они будут одолевать целую вечность. Поэтому — каждой по утепленному ребенку и — на руках. А внизу еще тугие двери. Да, теперь очень хорошо понятно, почему одна няня может вывести гулять только одного ребенка за смену…

«Мой» мальчик – Данила. Ему четыре, но ходит он, как в два, и вообще недавно оперирован на сердце. Это очень неторопливый спутник. Плюс он не говорит и не факт, что слышит меня. Или просто не слушает. И шишка ему явно интереснее, чем я. Но с другой стороны, почему нет…

Воспитательница предлагает посадить Данилу в коляску и докатить до веранды, но я отказываюсь: гулять так гулять. И вот спустя минут 15 мы догоняем остальных. На веранде – игрушки, и Данила оживляется. Он решительно забирает кукольную коляску у Матвея и начинает с ней весьма бодро носиться. Матвей – это низко надвинутая на лоб шапка, из-под которой торчат длиннющие ресницы. Он – «домашний»: если Данила – отказник, то Матвея забирают домой на выходные.

Еще есть две девочки. Настя – совсем маленькая, она еще почти не ходит и в виде морской звезды, растопырив ручки и ножки в толстом комбинезоне, сидит на коленях у волонтерки Кати.

А еще Алина, у нее тоже синдром Дауна, как и у моего Данилы, и это самая красивая девочка на земле: сероглазая блондинка, брови вразлет.

Кого-то из девочек тоже изредка навещает мама, но домой не забирает. Мы не осуждаем и обсуждаем это, мы гуляем. Алину катают на лошадке-качалке, Матвей очарован песенкой из телефона. И так мы ходим, припеваем, крутимся по веранде, подхватываем за воротник.

И всё? Да, и всё. Все мамы так гуляют с малышами.

А потом, через час мы поднимаем румяных детей на руках наверх. Алина раздевается первой и — ух ты, как, оказывается, эта трехлетняя крошка шустро раздевает остальных! Она стаскивает шапки вместе с ушами, относит по порядку в шкаф ботиночки и штаны, трудится вовсю! Жалко, детей мало.

А Данила? Дав себя раздеть, он остается сидеть на диване и начинает рассматривать свои носки. И вдруг молниеносно стягивает их и швыряет вдаль. Я говорю, чтобы он не кидался, ну и… кидаю ему их обратно. Данила хихикает, кидает носком в меня снова, и я думаю: какой же это обычный, хороший, шкодливый мальчишка. И что я в его глазах, пожалуй, стала интересней шишки.

И что надо в субботу ехать сюда опять. Потому что в каком-то смысле у Данилы все нормально – в группу ходит логопед и психолог, где-то есть комната Монтессори и куча развивающих игрушек.

Но у каждого мальчика есть право на шишку в кармане. И кажется, я первая, кто ему ее показал.