На портале “Мой район” опубликован новый материал


Лето для бездомного – это, прежде всего, поиск сезонной и вахтовой работы. Но и другие заботы никуда не деваются – еда, гигиена, безопасность, одежда и обувь, надежда восстановить нормальную жизнь. Именно поэтому работа с бездомными не заканчивается со сменой сезона. И каждую субботу, как и прежде, волонтеры Движения «Даниловцы» выезжают с горячими обедами к Павелецкому вокзалу. «Но еда — это только приглашение к разговору. Это — начало возможного, долгого и нелегкого процесса жизнеустройства», — говорит Дмитрий Иванин, координатор группы волонтеров по работе с бездомными «Даниловцев».

— В нашей деятельности есть несколько направлений помощи, и все они пришли с опытом, — рассказывает Дмитрий Иванин. – Волонтерское сообщество, как бы мы этого ни хотели,  не может оказать комплексную, полноценную помощь бездомному человеку. Если мы замахнемся на такую задачу – то, скорее всего, просто надорвемся, а волонтеры разбегутся. А ценность помощи – в ее регулярности и постоянстве. Только тогда у бездомного появляется шанс.

К счастью, в Москве мы не одни, существует целый сектор помощи бездомным – это и государственные структуры, и НКО, и фонды, и волонтерские сообщества.  Кто-то может собирать деньги, кто-то — помогать  решать юридические вопросы, восстанавливать документы или связь с родными, оформлять инвалидность или пенсию. Кто-то целиком концентрируется на критических  и неподъемных большинству областях – лечении и крове над головой.

— Что же тогда по силам обычным людям, у которых работа, учеба, семья и заботы? 

— Совершенно верно. Волонтеры – это просто такие люди, которые однажды решили, что не хотят оставаться равнодушными, а 100 рублей  в руки ситуацию изменят не сильно. Деятельность нашей группы  направлена, прежде всего, на установление  контакта, на ясные, равные, но длительные отношения, на поддержку. Прежде всего, мы пытаемся открыто и дружелюбно встретиться с человеком и понять: кто он, что и почему здесь. Пытаемся показать ему, что, скорее всего, с ситуацией бездомности  может справиться только он сам. Но есть люди, которым он не безразличен, которые готовы оказать поддержку и которым можно доверять. Иногда это даже важнее, чем разовая материальная помощь.

И самая доступная,  видимая часть – это приготовление и раздача обедов и одежды на улице. Это под силу каждому. Большую часть времени занимает подготовка, поэтому работы много. Кто-то чистит овощи, кто-то их привозит, кто-то – собирает и сортирует пожертвованную одежду либо предметы гигиены. Есть те, кто не ходит на встречи с бездомными, но, например, дома делает зажарку для супа – это тоже очень полезно. Кто-то ищет пожертвования – продукты,  ненужную одежду и так далее. А есть те, кто приходит разбирать склад, потому что он постоянно превращается в пещеру Алладина: большая часть того, что люди жертвуют, не годится ни для бездомных, ни для чего-либо вообще. Нужно вести соцсети, писать новости и отчеты, закупать одноразовую посуду  – это все тоже волонтерская помощь.

Но самое, мне кажется, ценное, – это контакт. Когда безликий бездомный, «человек, которого жалко», превращается в реального человека со своей историей. Иногда она — удивительная и захватывающая: перед тобой человек с тремя высшими образованиями, лингвист. Иногда — менее впечатляющая: несколько тюремных сроков, детдом за плечами либо просто череда каких-то неудач.

— Как проходят ваши субботние выезды?

— У нашей группы есть несколько задач. Первая – это, конечно, угощение. Оно позволяет бездомному почувствовать радость жизни. И каждую субботу мы собираемся вместе в первой половине дня,  общаемся, обсуждаем какие-то наши планы и параллельно чистим морковку, картошку, варим суп. Волонтер может предложить свой рецепт, я всегда только за.

Собрав для выхода еду, одежду и предметы гигиены, мы отправляемся на вокзал. Начинается все, конечно, с еды. Пока люди едят, у нас есть возможность пообщаться с ними или просто поздороваться. У тех, кого мы уже знаем, интересуемся, как дела, что  произошло, что интересного творится вокруг. В теплое время года, конечно, общение строить проще.

 

— Как сами бездомные люди к вашей помощи относятся?

— По-разному. Для кого-то это – просто закуска, для кого-то мы «что-то с этого имеем». Но есть и те, для кого горячий суп – это крайне важно, а внимание – жизненно необходимо, даже если человек бурчит и кажется недовольным. Характер трудно меняется. Своим отношением  мы хотим напомнить бездомному, что, он – прежде всего человек, нечто больше, чем жизненная ситуация.

Мы понимаем, что если постоянно натыкаться на безвыходность, бессилие, отвержение – это лишает тебя сил бороться, искать выход, строить свою жизнь. Но только когда человек перестает относиться к себе как к человеку, он соглашается на роль бездомного как его видит общество – грязного, пьяного, плохо пахнущего бездельника. Это ярлык, стигма, на нее надо еще согласиться.

Человек, который недавно попал на улицу, постоянно находится в условиях стресса, постоянного недосыпа, небезопасности, множества конфликтов. Бывает, что адекватно оценить ситуацию, продумать шаги по возвращению в нормальный мир он не способен. Для безопасности таким людям хочется вступить в какую-то из групп, а там всегда —  алкоголь и своя иерархия. Это сообщество затягивает, человеку начинает казаться, что нет возможности изменения жизненных условий, в которые он однажды попал. Или ему бы «только работу и все будет хорошо». Или он уверен, что вообще что-то измениться может только чудом, хотя для определенного процента бездомных выхода, и правда, не видится. Просто непонятно, что можно сделать… Наступает привыкание, чувство безысходности. Но жить так  очень трудно, поэтому появляется какая-нибудь дежурная история. Это не значит, что человек — плохой и лентяй, это просто помогает понять, почему так.

— А вы помогаете людям найти ночлег, работу через другие организации?

— Да, у нас есть специальные памятки, справочники бездомного. Тем, кто недавно на улице, мы можем подсказать, куда обратиться. Это вообще самое главное – вернуть доверие к организациям. Самый частый ответ: «Я там был, мне ничем не помогли». Ну  и, конечно, мы работаем на  понимание, что «спасти» человека вряд ли кто-то сможет. Слишком слабо пока развита у нас такая помощь, чтобы человека с улицы экстренно убрать, найти кров,  работу или место пребывания для  нетрудоспособных, обойти препятствия в виде болезни, психического расстройства, зависимости или банального отсутствия документов или трудовых навыков. В большинстве случаев человеку придется выбираться самому, долго, складывая из различных доступных вариантов помощи пазл своего жизнеустройства.  Поэтому мы стараемся объяснить и направить его к специалистам в другие организации.

Кто-то готов вести трезвый, трудовой образ жизни – ему даем контакты приютов «Ной», кого-то «кинули» на работе и ему просто надо домой вернуться – такому надо в программу «Возвращение». Кто-то — бывший москвич, а значит — имеет право  на услуги Департамента соцзащиты.  Если мы видим, что человек действительно ищет варианты — предлагаем прийти на консультацию в отдельное время, уже в помещение и к специалисту.  Для этого совместно с «Каритас» мы открыли маленький дневной центр: в будни там принимают профессионалы  — социальный работник, психолог, консультант по трудоустройству. А так же там можно вместе с волонтерами поучаствовать в группе общения,  посмотреть и обсудить фильм, сыграть в настольную игру или получить помощь в работе на компьютере.

— Как волонтеры, которые к вам приходят, объясняют свое желание помогать бездомным людям? И это желание как-то потом меняется?

— На собеседованиях я вижу, что людям не всегда просто сформулировать свои мотивы. Чаще всего это — желание не остаться равнодушным, как-то помочь, «спасти утопающего». А бывает, что это — попытка преодолеть какое-то свое отношение к бездомности.

Но мотивы в процессе деятельности порой трансформируются. С этим часто связаны кризисы, которые волонтер проходит в поисках нового смысла.

На самом деле, для кого-то хорошо просто готовить суп. Есть люди, которые раз в месяц привозят печенье, конфеты, им общение дается не очень легко. Но все-таки у подавляющего большинства происходит изменения мотивации. Рост происходит постепенно за счет переосмысления своей деятельности. Вот человек сначала раздает еду, ему становятся знакомыми лица, и этот специфический мир тоже становится интересным, он начинает общаться, а потом уже может взять и более специфические задачи. И мне кажется, очень многое зависит от атмосферы. В волонтерской группе есть общие мысли, общие ценности, и через общение они транслируются, осмысляются. Я слушаю, начинаю понимать: да это интересно, в этом есть энергия. И это вдохновляет!