ЮРИЙ БЕЛАНОВСКИЙ: “МНЕ ОЧЕНЬ ДОРОГО СЛОВО “СОПРИЧАСТНОСТЬ”

05.07.2021  •  Leave Comment

“Персона страны


…Юрий Белановский – один из ярких представителей волонтёрского движения, посвятивший себя благородному делу помощи людям, которым нужна поддержка.

Белановский Юрий Сергеевич – руководитель добровольческого движения «Даниловцы» и Школы социального волонтёрства. Председатель Совета Ассоциации «Союз волонтёрских организаций и движений». Член общественного совета при Уполномоченном по правам ребёнка при Президенте РФ. Специалист в области организации системных волонтёрских проектов и программ с опытом работы с 1995 года. Лауреат всероссийской премии «Я гражданин» Общественной палаты РФ 2015 года за проект «Школа социального волонтёрства». Лауреат всероссийского конкурса 2016 года «Доброволец России» за проект «Школа социального волонтёрства». В 2017 году награждён грамотой мэра Москвы за вклад в развитие институтов гражданского общества, популяризацию волонтёрства и благотворительности. Эксперт Общественной палаты РФ, эксперт и спикер Комитета гражданских инициатив. Составитель и соавтор уникальных в России книг о социальном волонтёрстве «Социальное волонтёрство: теория и практика», «Корпоративное и социальное волонтёрство: опыт брендов и мнения экспертов», «Социальное волонтёрство под ключ».Юрий Белановский – выпускник Московского энергетического института, в дальнейшем окончил Смоленскую духовную семинарию и аспирантуру Московской духовной академии при отделе внешних церковных связей РПЦ. С 2002 по 2012 год работал заместителем руководителя Патриаршего центра духовного развития детей и молодёжи. С 2008 г. руководит молодёжным добровольческим движением «Даниловцы».

Юрий Белановский на занятии в школе социального волонтерства

Цитаты из высказываний и публикаций Белановского Ю.С.:
«Самое главное в волонтёрской деятельности, я бы даже сказал, в служении – это адекватность. Прежде всего, надо понимать, что и зачем ты делаешь, каковы твои возможности, твоя роль. Волонтёрская организация или группа – это всегда сообщество, чей основной ресурс – люди: их силы, время, навыки и профессиональные возможности». 

«Нельзя путать задачи, которые могут решить волонтёрские организации, и те, что относятся к компетенции благотворительных фондов. Постоянный поиск средств, оплата и оказание какой-либо профессиональной помощи не могут возлагаться на волонтёров. Организация медицинской, социальной, юридической помощи детям, больным раком также больше подходит фондам – сложным профессиональным структурам, способным и имеющим право работать с медицинскими учреждениями по вопросам организации лечения. Основные запросы к социальному волонтёрству – более массовые и непрофессиональные. Но у фондов, безусловно, могут быть запросы, которые в состоянии выполнить волонтёры. И поэтому очень часто при фондах создаются и успешно действуют волонтёрские группы. способную разрушить все дело. В-четвертых, начатые долгосрочные дела и проекты останутся незавершенными». «Мне очень дорого слово «сопричастность». Оно говорит о чем-то глубоком, уникальном, ценном. По сути, вот эта встреча человека с человеком – именно то, что так важно каждому из нас. Встреча с подопечным, которого сам выбрал, будь то ребенок, старушка или бездомный. Эта встреча – твой свободный выбор, а значит, принесет взаимную радость, хоть часто рядом и боль, и страдания, и переживания, и безысходность. И тут по большому счету подопечный – уже не подопечный, а настоящий, живой, значимый Человек, даже друг. Сопричастность — встреча и с теми, кто рядом: с друзьями и коллегами-волонтёрами. И тогда она – совместное дело, не в одиночку, не на амбразуре. Многие сопричастность ищут. Их сердце подталкивает сделать что-то доброе не только для себя и родных (что, безусловно, очень важно и значимо), но и для тех, кто попал в беду, кому плохо и больно». «Я, наверное, могу утверждать, что наше добровольческое движение «Даниловцы» существует именно для того, чтобы эту самую встречу-сопричастность организовать. Встречи постоянные, наполненные смыслом, ответственные, радостные, исцеляющие. Кажется, именно эту особенность смогли разглядеть и поддержать наши коллеги и партнеры, наши друзья из проекта «Нужна помощь». Пусть и заочно, пусть и через тексты, репортажи, заметки, но мы чувствуем ту самую сопричастность.

Кто-то откликнулся и захотел поработать волонтёром. Это значит, что и в НИИ нейрохирургии им. Бурденко, и в Детский наркодиспансер, и в интернат для умственно отсталых детей, и в подмосковный приют, и на Павелецкий вокзал и еще в 15 других учреждений, которые мы курируем, наши волонтёры придут к почти четырём тысячам (!) подопечных!

А кто-то, в свою очередь, пожертвовал деньги на проекты «Даниловцев» и так соприкоснулся с нами, так проявил сопричастность. И мы продолжим помогать, продолжим наше дело. Вся наша команда сотрудников и волонтёров — психологов, педагогов, специалистов по работе с группами и координаторов волонтёрских команд. Именно через пожертвования мы можем работать ежедневно, еженедельно, постоянно. Сейчас движение «Даниловцы» — это 20 волонтёрских команд, более 700 волонтёров. Но мы знаем – с вами нас гораздо больше!»«Есть люди, которым нужна помощь, но есть и желающие помочь. Как им встретиться? Как сделать эти встречи регулярными, постоянными и эффективными? Это те вопросы, что решаются волонтёрским движением. Такие сообщества знают, как подготовить волонтёра, как организовать его труд. В движении каждый найдет свое место и сможет поучаствовать в добром деле, потому что движение – это сложная слаженная работа сотрудников с волонтёрами. Чтобы конкретный волонтёр смог эффективно и регулярно работать в больнице или детском доме, должна быть создана целая цепочка. Реклама, формирование групп, которые потом придут к подопечным».

О работе волонтёрских организаций во время COVIDa
«Волонтёрские организации, такие как добровольческое движение «Даниловцы» и многие их коллеги, в период пандемии оказались заморожены в своей волонтёрской деятельности и парадоксальным образом смогли проявить себя как экспертные и творческие сообщества в новых областях.
Некоммерческие организации (НКО) вдруг столкнулись с двумя актуальными вызовами. Первый – казалось бы, очевидный и понятный: какую пользу можно принести людям во время карантинных мер и разгула инфекции? Далеко не все настолько гибки, чтобы на ходу стать одним из отрядов по оказанию адресной помощи. Поэтому большей частью благотворительные волонтёрские организации присоединялись к городским программам адресной помощи или волонтёрским участием, или как соорганизаторы и эксперты. Этот опыт партнёрства между собой, партнёрства с городскими структурами, городскими и федеральными программами для общественников совершенно новый. Благодаря этой работе многие НКО профессионально выросли.

В этом контексте стоит обратить внимание на открытость городских структур. В проект «Мой социальный помощник» на всех уровнях были привлечены общественники, что сделало его по-настоящему партнёрским. Руководители и сотрудники многих НКО сами стали волонтёрами и оказывали помощь одиноким старикам. Одновременно в проекте использовались наработки опытных волонтёрских организаций. Например, движение «Даниловцы» помогло создать систему рекрутинга волонтёров для их работы в условиях строгих карантинных мер. Специалисты предложили простую по форме, но достаточно глубокую и эффективную систему интервьюирования новичков, по которой около 100 рекрутёров проверили более 4 тысяч кандидатов в волонтёры.

Рекрутёрами стали психологи и сотрудники НКО, имеющие опыт работы с волонтёрами и изнутри понимающие эту тему. В результате ни одного нарекания от благополучателей, сотрудников социальных центров и тим-лидеров в адрес системы отбора и проверки волонтёров не прозвучало».Однажды, рассматривая комментарии о работе волонтёров, я столкнулся со следующим высказыванием: «Мне всегда казалось, что волонтёрское движение отражает не наличие демократии в стране, а недоработку тех организаций, чьи функции выполняют волонтёры. Вот ездят волонтёры в детский дом. Возят игрушки, одежду, устраивают концерты, и это хорошо. Но почему детям не хватает всех этих вещей? А как быть тем детям, детские дома которых расположены далеко от Москвы и волонтёрских движений? Лучше бы волонтёры пинали тех чиновников, которые не выполняют свои обязанности. Ведь деньги и на облагораживание скверов выписываются, и на благотворительные концерты, но по сути ничего не делается. Получается, что волонтёры поощряют ничегонеделание ответственных должностных лиц?»

Я попросил Юрия Белановского высказать свою точку зрения по этому поводу. Вот что он мне написал: «Да, бывает, что чиновники или сотрудники казённых учреждений нехорошо делают свою работу. И нуждающиеся люди, законно ожидая помощи от государства, не получают её. Но для благотворительных организаций причина беды человека не важна. Если помощь нужна и если у волонтёров есть возможность, то помощь надо оказать. Можно бесконечно выяснять, кто виноват. Но порой гораздо лучше – быстрее помочь человеку»…

Проект реализуется с использованием гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.

Leave a Comment