«Чтобы оказывать реальную помощь, НКО придется отказаться от боязни публичной критики»

11.10.2021  •  Leave Comment

«Филантроп«


Полтора года пандемии кардинально и необратимо повлияли на социальное волонтерство в России. Большинство СО НКО вынуждены были заморозить свои социальные волонтерские проекты и программы в стационарных социальных и медицинских учреждениях.  Это привело к тому, что десятки тысяч людей, проходящих лечение в больницах или проживающих в социальных учреждениях, лишены возможности получать волонтерскую помощь. Они остались в одиночестве один на один с персоналом, без дружеского общения и поддержки, без творческих занятий, прогулок, социальных навыков и т.п. Десятки тысяч активных граждан перестали быть волонтерами и при нынешних условиях не могут вернуться к оказанию помощи людям.

Кроме того, десятки тысяч социальных волонтеров лишились своего дела. Были надежды, что это лишь временная заморозка. Однако, полтора года «простоя» привели к регрессу. По мнению сотрудников и руководителей волонтерских НКО, социальное волонтерство откатилось назад лет на пять.

Доцент РЭУ им.Плеханова Наталья Горлова и руководитель Движения «Даниловцы» Юрий Белановский размышляют о будущем волонтерства. 

За полтора года пандемии нами было организовано семь круглых столов и семинаров, в том числе в Общественной палате РФ, где ведущие волонтерские организации России делились опытом работы с волонтерами в разные периоды карантинных мер.

Рабочая группа по развитию добровольчества (волонтерства) в социальной сфере Координационного совета при Общественной палате Российской Федерации по развитию добровольчества весной 2021 г. инициировала исследование на тему: «Условия допуска и работы волонтеров в социальных и медицинских учреждениях в период карантинных мер».  Всего в опросе приняло участие 48 респондентов из числа ведущих СО НКО России из 10 регионов (Хабаровск, Владивосток, Калининград, Волгоград, Новосибирск, Москва, Санкт-Петербург и др.). Одним из главных выводов, к которому пришли участники рабочей группы, это то, что необходим адекватный перечень требований к волонтерам сообразно реальной сегодняшней ситуации, когда многие взрослые в социальных и медицинских учреждениях вакцинированы, всем желающим доступна прививка и многие имеют антитела.

Важно учесть и то, что среди персонала учреждений работают непривитые сотрудники, которые не всегда имеет антитела и не сдают тест ПЦР каждые 72 часа, а лишь использует СИЗы.  При этом необходимо обеспечить контроль за соблюдением прав и интересов, как в отношении волонтеров, так и отношении благополучателей в рамках законодательства Российской Федерации.

 Основные факторы, характеризующие сложившуюся ситуацию

На социальное волонтерство прямо или косвенно повлияли следующие факторы:

  1. Экономический спад в стране. НКО стало труднее привлекать финансирование.
  2. Ограничение очной коммуникации, вплоть до невозможности общения.
  3. Неопределенная длительность ограничений для волонтеров. На данный момент ограничения действуют 19 месяцев, и никто не знает в каком виде и как долго они продлятся.
  4. Неактуальность волонтерства для органов власти и руководства социальных и медицинских учреждений в связи со сменой приоритетов в медицинской и социальной сферах. Главное сегодня — это противодействие пандемии коронавируса.
  5. Выгорание и измотанность рядового персонала (с которым на практике волонтеры взаимодействуют). Причиной тому стали год работы вахтовым методом и другие особенности работы в период карантинных мер.
  6. Повышенные страх и тревожность со стороны руководства и сотрудников учреждений перед вышестоящим начальством, что автоматически сказывается на уровне их доступности для волонтеров и организаций.
  7. Смена персонала, а порой и руководства учреждений. Новое руководство не имеет опыта работы с волонтерами и у него другие приоритеты.
  8. Отсутствует стабильность в отношении к волонтерам, постоянно меняются правила для допуска и работы волонтеров в учреждениях. Разные уровни администрации имеют разное мнение по требованиям.
  9. Волонтеры оказались не готовы и неспособны к выполнению требований по допуску в учреждения, тем более при постоянном их изменении – то еженедельная сдача ПЦР, то прививки и т.п. Измененные и новые правила принимаются тяжело.
  10. Волонтеры доковидные, работавшие в социальной сфере, оказались не перепрофелируемы. Личные живые очные отношения и связи с конкретными подопечными оказались очень значимы.
  11. Не спадает всеобщая тревожность и напряженность. Люди живут мобилизацией внутренних сил и готовностью ко всему. Часто они недооценивают усталость и кризис личного ресурса, и при малейшем напряжении это сказывается.
  12. Людям сложнее находить свободное время, тем более на медицинские процедуры, необходимые для допуска в учреждения.
  13. НКО стали активно внедрять онлайн инструменты и формы работы, в том числе с волонтерами. Начало развиваться онлайн волонтерство.
  14. Госучреждения не могут сами развивать онлайн волонтерство, ибо оно не соответствует госзаданию, но при этом требует бОльших материальных и трудовых затрат, чем оффлайн волонтерство.

Изменения в сфере социального волонтерства

В результате указанных факторов произошло следующее:

  1. Тема качества жизни людей в учреждениях ушла в лучшем случае на второй план. Волонтеры стали помехой. Волонтерство перестало  быть одной из составляющих жизни учреждений.
  2. Рядовой персонал привык работать в «непрозрачных» условиях без волонтеров, без общественного контроля. Полутора лет хватило, чтобы система учреждений перестроилась под непрозрачность.
  3. В учреждениях снизилось качество ухода за людьми. Стало сложно поддерживать систему “человек-человеку”. Волонтеры задают риторический вопрос: «Как измерить упущенные прогулки и творческие занятия, прерванные общение и отношения?»
  4. Произошел разрыв традиции и разрыв преемственности опыта по работе с волонтерами и в НКО, и в учреждениях.  Разорваны или разбалансированы налаженные с годами рабочие связи волонтеров и учреждений. Возрождение работы потребует больших затрат.
  5. Обновленные руководство и персонал учреждений, будучи некомпетентными в волонтерстве, возродили «барское» отношение к волонтерам как к бесплатной рабочей силе, призванной помогать именно учреждению в его задачах, а не подопечным ради них самих.
  6. Персонал вынужден переходить на неделовые, нефиксированные отношения без ответственности, что еще больше затрудняет возобновление работы волонтеров.
  7. Новых волонтеров, соответствующих всем требованиям, значительно меньше, чем в доковидные времена. Их количество упало в 2-5 раз.
  8. Новые волонтеры трудятся больше “доковидных”, “изобретая велосипед” и преодолевая указанные выше трудности. У них меньше помощников. Им тяжело.
  9. Основной акцент работы НКО пока еще остается на подопечных — не бросить тех, с кем установлены связи. Сегодня НКО опасаются, что как только учреждения начнут пускать волонтеров, некому будет прийти к подопечным. Поэтому все еще прикладываются усилия по сохранению доковидного сообщества волонтеров.
  10. НКО массово не смогли выйти за границы своей целевой аудитории на новые аудитории, ставшие доступными  через интернет.
  11. При этом наблюдается распад или сокращение сложившихся волонтерских сообществ и команд. НКО с большим трудом продержались более года, сохраняя волонтерский актив. Сегодня даже самые крепкие сообщества стали распадаться. На примере волонтерских сообществ стало ясно, что трудности не всегда сближают, закаляют и т.п. Трудности часто разобщают и разрушают.
  12. Активисты и сотрудники НКО по работе с волонтерами теряют квалификацию, организаторам волонтеров приходится развивать более глубокие личные связи и «подталкивать» волонтеров, что достаточно затратно и прямо снижает уровень ответственности у волонтеров.
  13. Планирование и системное развитие волонтерской деятельности  в обозримом будущем невозможно.
  14. Из-за нехватки средств НКО могут поддерживать только живые проекты. Вкладываться в замороженные проекты сегодня уже мало желающих.
  15. Стало ясно, что онлайн — не замена оффлайну. Работа в онлайне требует других механизмов организации. При онлайне другая система отношений и другие способы общения — малые группы, более структурное общение и т.д.
  16. Развитие онлайн волонтерства в учреждениях почти полностью лежит на плечах НКО

Из положительных изменений можно отметить следующее:

  1. Стали развиваться и профессионализироваться онлайн волонтерство и адресная помощь людям на дому. С точки зрения применения волонтерских усилий и волонтерских рабочих мест, эти направления стали своего рода альтернативой добровольчеству в казенных учреждениях.
  2. Проявилось творчество в переходе на онлайн формат работы. Освоены разные технологии работы с подопечными. На опыте стало ясно, что при достаточной подготовке и техническом обеспечении онлайн общение не уступает очному.
  3. Сформировалась система онлайн работы с волонтерами новичками и онлайн поддержки волонтеров.
  4. В связи с переходом на различные онлайн форматы, информация стала фиксироваться и сохраняться, часто автоматически, что помогает накапливать и транслировать опыт. За полтора года наработана немалая база знаний и опыта в волонтерских организациях и в учреждениях.
  5. Активно идет процесс обмена опытом среди НКО.
  6. Выявились лидеры новых  направлений волонтерства.
  7. В социальное волонтерство пришли люди, не имевшие возможности волонтерить очно. В том числе, волонтерами смогли стать люди из других городов и стран. Таким образом, были вовлечены новые сегменты общества.
  8. НКО научились ценить маленькие и скромные, но устойчивые инициативы.

Социальное волонтерство осенью 2021 года

По нашей оценке, опирающейся на мнения и реплики руководителей и сотрудников НКО, сложившуюся ситуацию можно охарактеризовать следующими цифрами:

  • Количество активных волонтеров, работающих в СО НКО на регулярной основе, по сравнению с доковидным временем сократилось до 20-50%.
  • Количество привитых волонтеров среди указанных активных — от 20 до 70%
  • Количество учреждений, работающих с волонтерами очно, сократилось катастрофически. Подавляющее большинство региональных учреждений закрыты. Социальные учреждения Москвы открыты для волонтеров полностью, медицинские — на 50%.
  • Количество волонтеров, допускаемых в учреждения (количество рабочих мест), по сравнению с доковидным временем составляет 20-50%
  • Количество времени, которое волонтер должен тратить на анализы, выросло в 3-10 раз по сравнению с доковидным временем. Ранее волонтер мог сдавать анализы  раз в год или раз в квартал, теперь раз в месяц или даже раз в неделю.
  • 50-80% подопечных, в отношении к доковидному времени, не получают помощь волонтеров.

Что можно ожидать к 2023 году?

Можно прогнозировать, что к концу 2022 года НКО перестроятся под новые реалии или закроют социальные волонтерские проекты. Пока еще в работе и жизни НКО идут переходные процессы, которые должны стабилизироваться.

  1. НКО получили шанс пересмотреть свои принципы и формы взаимодействия с органами власти и учреждениями, где проживают или лечатся благополучатели.

Органы власти и учреждения сформировали для себя инструмент (давно ими желанный), благодаря которому они могут отгородиться от НКО, от общественного контроля и оказывать услуги в непрозрачном режиме. И этот инструмент хорош для них тем, что он не ограничен во времени и непробиваем.

Чтобы вернуться к «старым» целевым аудиториям, чтобы оказывать реальную помощь нуждающимся людям, НКО придется отказаться от сервилизма и боязни публичной критики.

Опыт показывает, что формальные цивилизованные механизмы решения социальных проблем в регионах почти не работают. Если бы они работали, то подавляющее большинство регионов не держало бы взаперти 19 месяцев ни в чем неповинных детей, взрослых с инвалидностью и одиноких стариков.

Для НКО — это шанс и окно возможностей вспомнить о том, кто они и зачем они, вспомнить о своем призвании и достоинстве. И перестроить отношения с органами власти и учреждениями.

  1. У НКО вместо «старой» появится новая (обновленная) целевая аудитория для очной работы волонтеров.

Предыдущий пункт — вопрос вероятностный. Пока ожидаемых изменений не происходит. Доковидные связи с подопечными и учреждениями пока еще актуальны, хотя во многом ослаблены или не работают. Наступившая осень будет последней попыткой эти связи оживить. Как было показано, уже идут необратимые процессы, обусловленные, в том числе, нехваткой средств. Деньги направляются на то, что живо и работает, что результативно и за что можно отчитаться.

Шесть — восемь месяцев (до весны 2022 года) потребуется, чтобы полностью отказаться от замороженных или отмерших направлений работы. И столько же, чтобы стабилизировать новые направления и новую структуру волонтерской работы.

Для более эффективной перестройки волонтерского направления НКО придется воспринять ситуацию, как будто работа начинается с нуля. НКО предстоит равный выбор между абсолютно новыми целевыми аудиториями и старыми. Критерием выбора будет доступность подопечных в условиях карантинных мер, лояльность руководства учреждений, наличие денег на работу с  конкретными подопечными.

  1. НКО перестроят работу  с волонтерами. 

Работа с самими волонтерами и координаторами тоже будет перестроена. Раньше волонтёры встраивались в уже действующую структуру. Теперь же направления работы будут запускаться буквально «с колес» или кардинально реорганизовываться.

В силу сказанного выше волонтеров в ближайшие полтора года ждет:

  • нестабильность и, в частности, режим «качелей», когда допуск в учреждения будет то открываться, то закрываться из-за локальных карантинов;
  • меньший по отношению к доковидному времени уровень организации волонтерского труда;
  • бОльшее эмоциональное напряжение, а, следовательно, более быстрое выгорание.
  • увеличение текучки волонтеров.

НКО необходимо вкладываться прежде всего в организацию труда и систему поддержки волонтеров.  Осваивать и развивать технологии модели онлайн-волонтерства и соответственно прорабатывать все этапы работы с волонтерами, начиная от этапа привлечения, отбора и обучения до этапа управления добровольными помощниками в дистанционном формате.

Ключевым элементом системы по работе с волонтерами являются координаторы. Ранее они встраивались в устоявшуюся структуру, перенимая установленные рабочие позиции и процессы. Их ответственность во многом ограничивалась стабильностью процесса волонтерской помощи подопечным. Теперь же им придется серьезно вкладываться именно в работу с волонтерами, чтобы компенсировать указанные трудности.

Поэтому НКО необходимо вкладываться прежде всего в координаторов, разгружая их административную нагрузку и поддерживая профессионально и психологически.

Для координаторов требуются новые компетенции, главные из которых:

  • умение организовать работу с подопечными в режиме «качелей», когда учреждения то закрываются, то открываются;
  • Формирование эффективной волонтерской группы в условиях малого количества волонтеров и строгих требований;
  • Эффективный охват волонтерской помощью бОльшего числа подопечных, меньшим количеством волонтеров
  • Самопрофилактика эмоционального выгорания, забота о себе

НКО потребуется куда более серьезно вкладываться в рекламу, чтобы привлекать вакцинированных волонтеров и людей лояльных к формальным медицинским  требованиям.

  1. НКО будут развивать новые направления волонтерства. 

С волонтерами, которые не лояльны современным требованиям, придется расстаться или именно для них развивать новые направления волонтерства, где прививки и иные требования не актуальны. Прежде всего, это онлайн волонтерство и адресная помощь на дому.

Новые направления будут жить независимой жизнью, потребляя ресурсы, в том числе человеческие и финансовые. НКО, выбирая этот путь, не желая того, будут расширяться в своей деятельности, отнимая ресурсы у основных (доковидных) направлений.

Поскольку не все непривитые волонтеры перейдут в новую деятельность, то для полноценной работы новых направлений придется дополнительно с улицы привлекать людей. А это — дополнительная трата ресурсов. Получится, что суммарная ресурсная нагрузка на НКО на переходном периоде возрастет.

Выживут ли эти не зависящие от карантинных мер направления, будет зависеть от ресурсов и приоритетов НКО.

Проект реализуется с использованием гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.

Leave a Comment